magnitskyКак бы смеялись американцы, если бы год назад им сказали, что принятый закон Магнитского понизит рейтинг не только конгресса, но и самого американского президента, ударит по престижу США, усилит позиции России в мировой политике, а американские корреспонденты объявят Путина самым влиятельным человеком на международной арене!

Акт в конгрессе назвали по имени аудитора и бухгалтера Магнитского (либеральная пресса упрямо настаивает на том, что он юрист), который работал в инвестиционном фонде Нermitage Capitale, принадлежащем Уильяму Браудеру — американцу британского происхождения.

Усилиями Браудера, считавшего себя на рубеже двадцатого и двадцать первого веков самым «крупным портфельным инвестором» в России, Магнитский был объявлен «жертвой кровавого путинского режима». С Магнитским в России жестоко расправились, по версии Браудера, за то, что им были вскрыты хищения налоговых поступлений в российскую государственную казну.

Мы оказываем юридические услуги, информационные услуги
Названный его именем закон вводил в текст имена следователей, судей, налоговиков, работников тюрем, которые «сознательно уморили» в тюрьме честнейшего бухгалтера. Им запретили въезд в США, а их счета в американских банках заморозили. Но и это еще не все. Конгресс предписывал, что закон имеет расширительное значение, то есть в список «виновных лиц» Госдеп имеет право вносить новые выявленные имена без их публичного объявления.

О том, что вы попали в список Магнитского, вы узнаете лишь в аэропорту прибытия в США, когда на вас наденут наручники американские полицейские.

Таким образом, Вашингтон получил право арестовывать счета и их владельцев по своему усмотрению без объяснения причин и безо всякой огласки. Выходит, что под гильотиной закона Магнитского может оказаться любой россиянин, независимо от его статуса. Хоть генеральный прокурор, хоть популярный певец, как это случилось с Григорием Лепсом. Он, правда, попал под действие другого юридического акта. Но суть все та же.

Не суд по американским меркам будет определять, ответственен ли человек за «принцип нарушения верховенства закона», а чиновник Госдепа!

Если Вам нужны юридические услуги, информационные услуги, обращайтесь к нам!

Как же ликовало либеральное сообщество по поводу утверждения этого закона! Раз в России не в состоянии восстановить торжество справедливости и обуздать силовой произвол, Запад, не терпящий надругательства над мировыми ценностями, теперь поможет нам это сделать…

Между тем, учитывая само содержание закона Магнитского и то, что он был утвержден одновременно с отменой поправки Джексона — Веника (ее абсурдность признавали даже отъявленные русофобы), Москва совершенно справедливо оценила этот акт как вмешательство в свои внутренние дела и неприкрытое давление на Россию.

Говорили, нет никаких оснований для подобных действий в отношениях наших двух стран и уж тем более принимать за истину историю Магнитского так, как ее подает Браудер в конгрессе.

В ответ на «американские инициативы» в России отказались от соглашения об усыновлении российских сирот американскими семьями, и еще частично был связан с этим запрет чиновникам держать счета в американских банках.

Какой же каскад обвинений посыпался тогда на головы российских властей в либеральной прессе! Оппозиция замерла в ожидании: «Вот-вот американцы прижмут российские власти, и Путин с его чекистами, наворовавшими миллиарды, окажутся запертыми в своем Кремле, лишенные неправедно нажитых богатств!»

Но вот прошел один год, и приходится признать мудрость народной поговорки — не рой другому яму… Причем это касается не только одного Браудера, использовавшего свои связи в конгрессе, но и самого Вашингтона, проявившего высокомерие по отношению к России.

Целей, которые преследовал закон Магнитского, американцы не достигли. Зато здорово осложнили ситуацию. Россия ответила на вызов. В итоге закон дискредитировал как позицию Магнитского-»разоблачителя», так и всю историю с ним в целом.

Что касается конкретных санкций закона, о которых столько говорилось, то за весь год они только однажды вступили в действие. И то лишь в отношении сына одного из перечисленных в списке, ему было отказано во въезде в США. Это даже не сам фигурант, названный Браудером, а его родственник. И все.

Зато предпринятые в России встречные меры заработали в полную силу. Американцы потеряли возможность «приобретать живые русские игрушки» для душевных утех с дальнейшим обменом маленьких человечков, если товар не совпадает со вкусом его владельцев.

Было отказано в визе начальнику тюрьмы в Гуантанамо, когда он изъявил желание приехать в Россию (не по подсказке ли из Вашингтона?). Так что акт не только не принес ожидаемых либералами дивидендов, но значительно испортил отношения между Россией и США, особенно в части взаимовыгодных договоренностей.

То, что Браудер продавил закон в конгрессе, результат его личных связей и совпадение — со своей инициативой он выступил в нужный момент для внешней политики Вашингтона.

Проиграли все, кроме радикальных либералов («грантоедов»), которым до смерти нужен образ врага (за «борьбу» ведь им платят). Сам Браудер крупно просчитался. Его использовали всего лишь как инструмент.

Кто такой Браудер, наша газета уже рассказывала читателям. О том, что в том же конгрессе разбирались сомнительные сделки этого «бизнесмена» с наркокартелями и он просил прощения за «ошибки», и о том, что историю с фирмами, которые «разоблачал Магнитский», украшает венок из загадочных смертей. Смертями украшена и история темных махинаций банка НSВC, крупнейшего банка империи Ротшильдов, к которым относились и структуры Браудера в России.

Эти темные сделки нанесли ущерб финансовым интересам США. А Магнитский, будучи аудитором всей системы, вполне мог быть в курсе происходящего. Не по этой ли причине он не очень торопился уехать из России, в то время как Браудер поспешно вывозил отсюда своих клерков, работавших в Нermitage Сapital? Магнитский вполне мог быть осведомлен о судьбе тех, кто слишком много знал о делах спрута…

«Крупнейший портфельный инвестор» действительно проворачивал в России большие дела. Начинал со скупки ваучеров, а в конце его «деловой» карьеры засветился уже и в Газпроме.

О его проделках мы уже подробно писали, и можно еще рассказать очень много, но не имеет смысла. Потому что сам Браудер сделал это очень выразительно и емко. Выступая перед студентами Стенфордского университета, он предельно цинично описал свои похождения в России, заявив следующее: «Россию я хотел «поиметь» за 10 миллиардов долларов!»

Наверное, не часто услышишь такое откровение на блатном жаргоне от «крупного портфельного инвестора», но ведь кто приезжал в Россию в начале девяностых?

Скупить всю Россию не получилось, Браудеру, когда его действия стали угрожать национальным интересам России, достойно ответили.

Летом этого года официально было признано его участие в уголовном преступлении. 11 июля он получил срок — девять лет за укрывательство налогов, суммой в полмиллиарда долларов.

Магнитского суд признал автором подпольных схем укрывательства от налогов фирм Браудера, но его дело было прекращено.

Браудер через подставные фирмы, якобы российские, скупал акции Газпрома, уходя, таким образом, из-под контроля определенных органов, выдающих иностранцам разрешение на покупку акций. Он приобретал ценные бумаги по стоимости ниже номинала и биржевых курсов.

Лондон, как всегда, отказал в выдаче России фигуранта уголовного дела, но сам приговор это обстоятельство не изменяет.

В Англии не дали ход и другому делу: иску в Высокий суд бывшего следователя следственного комитета МВД Павла Карпова, указанного в списке Магнитского, который обвинил Браудера и начальника Магнитского Фаейрстоуна в клевете. Отказ был мотивирован тем, что Павел Карпов живет-де в России и не имеет отношения к Англии.

На таком отказе настаивали адвокаты ответчиков, несмотря на то что фирмы английские, да и сами ответчики — подданные Королевства. Но самое интересное записано в решении Высокого суда: «Истец добился меры оправдания в результате мнения, высказанного касательно его заявления. Ответчики не в состоянии обосновать утверждение о том, что он совершил или был участником пыток, убийства Сергея Магнитского или будет по-прежнему совершать или быть соучастником, или скрывать преступления».

Получается, Браудер не захотел, точней, просто не смог представить Высокому суду никаких доказательств в опровержение иска Карпова.

Очень серьезный удар по стремлению Браудера распространить американский акт на всю Европу нанес, как не покажется странным, именно отказ суда принять иск Карпова. Отказав в регистрации иска следователя Павла Карпова, Высокий суд Англии показал, что юридических оснований для принятия акта Магнитского, которые в нем присутствуют, крайне мало для рассмотрения их в Высоком суде Англии.

Браудер прекрасно понимал, какие имиджевые потери его ожидают, если процесс в Высоком суде состоится. И всячески противодействовал его началу, ссылаясь на то, что заявление истца, да и само дело Магнитского не подлежит юрисдикции Великобритании. Эта позиция ответчика малоубедительна.

Браудер отказался от участия в судебном процессе просто по формальным причинам. Суд не захотел рассматривать иск Карпова, но в итоге Великобритания исключила себя из числа международных субъектов, которые могут обсуждать дело Магнитского. И заодно осложнило задачу Браудера продвигать акт к принятию его в странах континентальной Европы. Страны ЕС оказались в затруднительном положении.

Дело в том, что в Англии медиа не уделяли большого внимания иску Карпова в отличие от СМИ континентальной Европы. Там пресса оживленно обсуждала подробности всего, что происходило в Высоком суде в Лондоне. И решение по иску Карпова получило там большой резонанс.

Российская либеральная пресса, конечно же, описала рассмотрение иска Карпова Высоким судом как победу Браудера. Может быть, поэтому он продолжает пытаться сохранить благопристойную мину в проигрышной партии? Но по сути дела Браудер уже давно проиграл. Ему очень хотелось «развить наступление» по продвижению акта Магнитского в Европе на ноябрьском саммите ЕС, но тема Украины смешала все его задумки, а уж весной следующего года Европе будет совсем не до Браудера — кризис, бюджеты, Россия, Украина — вот чем будут забиты под завязку все повестки.

Ведь Браудеру принятие акта в Европе необходимо, как юридическое основание для подтверждения дела Магнитского. Потому что ничем другим он просто не располагает. Скажем, решениями американского или английского судов.

Но и само принятие акта Магнитского хлестнуло по Браудеру. Ему пришлось закрыть свои фонды в России. И только лишь раздутое им дело Магнитского в состоянии еще приносить хоть какие-то экономические и политические очки. Но если вначале, когда дело Магнитского еще находилось в правовом поле, его можно было использовать в политических играх, то теперь до него уже никому нет дела. Для ограничительных мер, которые себя не оправдали, американцы его исчерпывающе использовали. И сразу потеряли к нему всяческий интерес.

Еще одна причина поражения Браудера: изменение геополитической обстановки в мире. У Браудера серьезные связи в Великобритании. Как мы сказали выше, в крупнейшем из Ротшильдовских финансовых структур — банке НSВC. И его считали одним из важных игроков, способным решительно сократить поток инвестиций в Россию. Для Великобритании важно, чтобы развивающиеся рынки России, Турции, Казахстана замедлили экономический темп, чтобы оттянуть инвестиционные потоки в Лондонское Сити. Браудер решил сыграть на этом.

Но политическая и экономическая карта мира значительно изменилась. Появились другие проекты, британские компании участвуют в разработке российских шельфов. Их бизнес-планы в России для них выгодны, и фронтальная ненависть к России, которая прежде культивировалась островным государством, теперь сходит на нет. На таком фоне Браудер выглядит одиноким пассажиром, отставшим от поезда…

Антироссийский проект, в который он самоуверенно вложился, вдруг оказался не только отсталым, но и вредным для пришедших в Россию британских компаний. А сам Браудер — выброшенным на обочину бурного потока новых событий. Но и это еще не все — офшорные модели, в которых Браудер чувствовал себя первоклассным участником и которые он азартно насаждал в России, теперь повсеместно сворачиваются. Так сказать, финансовая мода на них прошла.

Браудер пытался влиять на российское руководство через элиты англо-саксонские и внутри России, но тщетно. И в итоге запустил такие процессы, которые вышли у него из-под контроля. Например, ужесточение ситуации с НКО связано с кампанией, развернутой Браудером. В итоге иностранное финансирование неправительственных общественных организаций сокращено, они перешли на государственную поддержку. А Браудер лишился еще одного рычага своего воздействия на ситуацию через третью сторону.

Что можно сказать об отношении к Браудеру радикальной оппозиции и НКО? Имя Браудера сейчас в России плохо продается в сравнении с теми временами, когда на нем можно было заработать недурные поступления средств из-за рубежа. «Золотой конек» сегодня облупился…

Поэтому связываться с Браудером во внешнем мире и портить отношения с Москвой никто не будет. Да и внутри России некоторые игроки, еще недавно готовые к взаимодействию с Браудером, сегодня прекрасно понимают — здесь им уже ничего не светит.

Ну а Вашингтон, попытавшись подсластить пилюлю для международной олигархии и собственных ястребов, так вообще проиграл с делом Магнитского больше, чем это можно себе представить. Акт оказался непродуманным действием с низким эффектом его применения — он просто не работает.

Если бы Вашингтон в то время занял более конструктивную позицию, не давил бы на Москву законодательно и внешним противостоянием, то проблему Магнитского возможно было решить, создав совместную рабочую группу для обсуждения. Москва с самого начала предлагала такой путь. Жесткая позиция, занятая за океаном, фактически не оставила места для маневра. И кто оказался в проигрыше?

Если бы не было акта Магнитского, не было и «дела Сноудена». Не случились и другие обострения, спровоцированные Вашингтоном.

«Дело Сноудена» привело к огромным потерям позиций Вашингтона, а не России. Если бы не акт Магнитского, Москва вполне могла принять более сговорчивую позицию по делу Сноудена. Сейчас же произошло колоссальное падение рейтингов как институтов власти в самих США, так и Вашингтона на мировой арене. В какой-то степени позиция Вашингтона в мире сейчас изоляционистская, потому что по делу Сноудена другие страны не только не поддержали США, но и осудили. Даже верная соратница Великобритания приняла решение по линии МИДа, без обсуждения в парламенте. Это означает, что оно носит рекомендательный характер, с ним в случае необходимости можно обращаться в суд. В Евросоюзе было только обсуждение без принятия конкретных решений. Новые демарши явно срываются. Да, союзников Вашингтон теперь находит для себя очень непонятных, например Олланда, популярность которого во Франции сейчас почти на нуле. В результате Вашингтон не только испортил отношения с таким важным игроком на международной арене, как Россия, но и не сумел создать международную коалицию вокруг акта Магнитского, на что так рассчитывал Браудер. «Акт Магнитского» во многом предопределил те события в международной жизни, которые мы наблюдаем. Если бы его не было, положение США в плане широкого маневра могло казаться намного предпочтительней. Это было крайне недальновидное решение и абсолютно не просчитанное, ведь понятно же, что Россия обязательно будет реагировать на такое действие. Оно создало новые проблемы для всех стран, и многие из них понесли потери.

Применение грубой силы, которое продемонстрировали США в деле Магнитского, идя на поводу авантюрных затей Браудера, — это тупиковый путь в политике сегодня. К таким мерам прибегают только в пору военных конфликтов, а не в условиях мирового сотрудничества. Мир уже не тот, он изменился. В США это, кажется, начинают понимать. Поэтому положение Уильяма Браудера с его «пляской на костях» бухгалтера Магнитского очень незавидное. Может быть, поэтому Браудер пытается все еще реанимировать наполовину забытый акт Магнитского и трубит, что по его расширительному праву туда будут включены новые фамилии судей и других российских силовиков с обязательным замораживанием их счетов в банках США (?!). Надо полагать, среди этих лиц и судьи, приговорившие самого Браудера к тюремному сроку в девять лет.

Грезит Браудер и исполнением своей мечты о присоединении к акту стран континентальной Европы. И сообщает о своих «новых победах» журналистам. Складывается впечатление, что оставшуюся жизнь Брудер посвятит войне с ветряными мельницами…

автор: Эрик КОТЛЯР








Яндекс.Метрика